(1882-1941)
James Augustine Aloysius Joyce
 

На правах рекламы:

Пожарный шкаф это неотъемлемый атрибут любой качественной пожарной системы, шкаф шпк 310

Д.А. Быкова. «Отражение кризиса современной культуры в творчестве Джеймса Джойса»

Сегодня мы живем в стремительно меняющемся мире, в котором тесно переплетены множество культур и языков. Следует признать, что за последние десятилетия нормы языка и культуры претерпели значительные изменения. Изменяются не только лексические, орфографические, акцентологические, но и морфологические нормы. Эти изменения в свою очередь были вызваны нарастающим разрывом между транснациональными и принятыми в обществе эталонами культурного поведения. Отношение к изменениям норм языка в обществе может быть разным, от нейтрального до резко негативного. А. Архангельский утверждает, что «в обществе, где доверие друг к другу находится на доисторическом уровне, грамотность — это хоть какое-то основание доверять незнакомому человеку». А теперь государство пытается лишить людей и этого, закрепить официально разделение людей на интеллигенцию и народ, говорящих на одном и том же языке по-разному.

В этих условиях встает вопрос, связанный с сохранением традиционных культурных и языковых ценностей в контексте их непрерывного развития. Это развитие является с одной стороны благом для общества, но с другой — уничтожает язык и вызывает упадок культуры.

Подобные вопросы, однако, встают перед обществом не впервые. Эти проблемы и противоречия были описаны в работах классиков мировой художественной литературы ещё в начале прошлого века. Что такое упадок культуры? Каковы признаки его развития? И что же может пробудить общество?

В этой связи следует особо отметить произведения Джеймса Джойса, ирландского писателя и поэта, в которых он обозначил главную проблему общества как духовно-нравственный «паралич», которая не теряет актуальность и в наши дни.

Писатель увидел признаки духовного нездоровья своих современников в мелочах быта, поведении, интонации, диалогах.

Паралич для Джойса — это символ ненавистных ему пороков современной ирландской жизни: косности, низкопоклонства, коррупции, культурной отсталости, бездуховности. Дублин интересовал его не только как город, жизнь и нравы которого ему были знакомы до мелочей, но и как одна из древнейших столиц мира, то есть как воплощение города, а следовательно и многообразия социальной и духовной жизни человека.

В основу композиции «Дублинцев» положена циклическая модель истории итальянского философа Джамбаттисты Вико. Идея «цикла», «колеса» весьма древняя, ее истоки можно встретить в мифологии разных народов.

Джойс пытается объяснить кризис современной культуры и состояние бездорожья, выбирая для этого следующую циклическую схему. Согласно Вико, в каждом цикле истории имеются три века: божественный, героический и человеческий, эти три века создают три священных обычая — религию, брак и похороны. После расцвета наступает упадок, и человечество впадает в хаос. «Так как народы, подобно скотам, привыкли думать только о личной пользе каждого в отдельности, так как они впали в последнюю степень утонченности или, лучше сказать, спеси (...), когда они живут в наивысшей заботе о телесной преисполненности, как бесчеловечные животные, при полном душевном одиночестве и отсутствии иных желаний, когда даже всего лишь двое не могут сойтись, так как каждый из них преследует свое личное удовольствие или каприз, — тогда народы, в силу всего этого, из-за упорной партийной борьбы и безнадежных гражданских войн начинают превращать города в леса, а леса — в человеческие берлоги».1

Рассказ «Сёстры» в своем роде являются прологом всего сборника: слово «паралич» несколько раз встречается в рассказе и в конце концов превращается в главенствующий оживший образ, настойчиво напоминающий, что паралич — это не только болезнь, сразившая отца Флинна, но и духовное состояние мира, в который входит ребенок. Мальчик же, главный герой, оказывается на пороге вступления в «мёртвое» общество и это общество пытается навязать ему сделать шаг вперёд, как нечто должное. Одной из главных причин духовного паралича Джойс считает ирландский католицизм. Отец Флинн с загадочно-пустой улыбкой на искаженном болезнью лице, воспринимается как символ ирландской церкви. В данном случае как для автора, так и для главного героя это не просто болезнь, а образ смерти. То есть, символ церкви для мальчика оказывается связан в конечном итоге со смертью. С этим символом тесно связан и другой — чаша для причастия, которая, в свою очередь, обозначает духовную полноту жизни, но её-то Джойс и не видит в ирландской религии.

Рассматривая сборник рассказов Джойса «Дублинцы», как историческое свидетельство той эпохи, можно узнать в состоянии ирландского общества начала 20 века те же проблемы и противоречия, которые на сегодняшний день широко распространились и у нас: тема хаоса, упадка и смерти.

Болезнь духовного мира людей того времени, который описывал Джойс в своем творчестве аналогична проблемам современной нашей с вами культуры. Машины, техника, та власть, которою она с собой приносит, та быстрота движения, которую она порождает, создают химеры и фантазии, направляют жизнь человека к пропасти. Повсюду раскрывается дурная бесконечность пространства, не знающая завершения.

Джойс на столько свободен в выборе сиюминутных образов и картин, что его словам приходится постоянно гнаться за срывающимся потоком мыслей. Мир Джойса — как опрокинутая чаша и вытекающее из нее сознание, отражающее и одновременно творящее мир по своим законам. Его безумный мир разрывает на части все символы и определения, что пытаются прирасти к этому живому и вечно движущемуся пласту свободы. Его образ свободен, и он все еще сопротивляется этому болезненному «параличу» подобно тому, как современный мир пытается отчаянно и безнадежно совершить акт духовного самоубийства. Мир, отрекшийся от духовных идеалов — это образ, навсегда застывший в пространстве чувств, мыслей, слов, взглядов, теперь уже охваченный «параличом».

Наша современная цивилизация, как синоним материальной культуры, как достаточно высокая ступень овладения силами природы, безусловно, несет в себе мощный заряд технического прогресса и способствует достижению изобилия материальных благ. Вместе с тем техника, материальное изобилие сами по себе еще не означают собственно культурного, духовного расцвета.

Еще в 20-х годах Н. Бердяев писал: «Мы живем в эпоху, аналогичную гибели античного мира... Все привычные категории мысли и формы жизни самых «передовых», «прогрессивных» и даже «революционных» людей XIX и XX веков безнадежно устарели и потеряли всякое значение для настоящего и особенно для будущего... Индивидуализм, атомизация общества, безудержная похоть жизни, неограниченный рост народонаселения и неограниченный рост потребностей, упадок веры, ослабление духовности — все это привело к созданию такой системы, которая изменила весь характер человеческой жизни, весь стиль ее, оторвав жизнь человека от ритма природы».2

«Что же может пробудить общество от летаргического сна?». Ответ на этот вопрос остаётся открытым, однако ясно одно: общество, отвергнувшее духовный идеал, присущий человеку как данность, как что-то, что должно быть, никогда не сможет сохранить свою самобытность, культуру и веру, которая оживляет язык, возрождает и делает его чище.

Примечания

1. Вико Д. Основания новой науки об общей природе наций, 1994. — С. 469.

2. Бердяев Н.А. Новое средневековье // Вестник высшей школы, 1991. № 3—4.

Яндекс.Метрика
© 2017 «Джеймс Джойс» Главная Обратная связь